© 2025 Елена Петровна БАТЬЯНОВА
МАиБ 2025 – № 2(30)
DOI: https://doi.org/10.33876/2224-9680/2025-2-30/10
Ссылка при цитировании: Батьянова Е.П. (2025) Материалы по народной медицине Южной Сибири: традиционное врачевание и лекарственные средства, Медицинская антропология и биоэтика, 2(30).
Батьянова Елена Петровна –
кандидат исторических наук;
с.н.с. отдела Севера и Сибири
Института этнологии и антропологии
им. Н.Н. Миклухо-Маклая РАН
(Москва)
E-mail: elena-batyanova@yandex.ru
Ключевые слова: народная медицина, Южная Сибирь, шаманы, лекарственные растения, традиционное врачевание
Аннотация. Статья посвящена целителям, лечебным практикам и средствам народной медицины коренных народов Южной Сибири. На основе источников XVIII–XX веков и полевых материалов автора характеризуются традиции врачевания алтайцев, хакасов, тувинцев, бурят, сибирских татар и других народов региона. Рассматриваются роли шаманов, костоправов, травников, лам и табибов, феномен «шаманской болезни», использование лечебного питания, лекарственных средств растительного и животного происхождения, минеральных препаратов и физических методов лечения (водолечение, массаж, припарки). Анализируется влияние тибетской медицины на местные целительские традиции. Материалы демонстрируют сочетание рациональных эмпирических знаний с магико-религиозными представлениями в традиционной медицине южносибирских народов.
Введение
Традиционная медицина коренных народов Сибири представляет собой важную составляющую культурного наследия региона. Несмотря на значительные изменения в жизни коренного населения на протяжении XX–XXI веков, многие элементы народной медицины сохраняются и продолжают функционировать в современных условиях, что определяет необходимость их систематического документирования.
Территория Южной Сибири, охватывающая Кемеровскую, Иркутскую, Читинскую области, республики Алтай, Хакасия, Тыва, Бурятия, а также Алтайский и Забайкальский края, населена преимущественно тюркскими и монгольскими народами – алтайцами, шорцами, телеутами, кумандинцами, хакасами, тувинцами, бурятами. Большинство этих народов в прошлом вели кочевой скотоводческий образ жизни, что наложило отпечаток на формирование их медицинских практик и представлений о здоровье.
Сведения о народной медицине данного региона начали фиксироваться еще в XVIII веке участниками академических экспедиций И.И. Георги (1729–1802) и П.С. Палласом (1741–1811). В XIX – начале XX века ценные материалы о целительских практиках собрали В.И. Вербицкий (1827–1890), М.Н. Хангалов (1858–1918), Н.Ф. Катанов (1862–1922) и другие исследователи. В советский период эту работу продолжили Н.П. Дыренкова (1899–1941), Л.Э. Каруновская (1893–1975), Л.П. Потапов (1905–1995), а в постсоветское время – В.Я. Бутанаев (1946–2023).
В настоящей работе обобщена часть данных по народной медицине, содержащихся в публикациях и архивных материалах указанных исследователей, а также привлечены полевые материалы экспедиций автора к телеутам, алтайцам, сибирским татарам и другим народам региона. Материалы охватывают не только коренное население собственно Южной Сибири, но и группы сибирских татар, проживающих в южной части Западной Сибири.
Публикуемые сведения касаются практик специалистов различных категорий (шаманов, костоправов, травников, табибов, лам), а также правил лечебного питания, применения лекарственных средств растительного, животного и минерального происхождения, и физических методов лечения. Особое внимание уделено влиянию тибетской медицины на местные народномедицинские традиции.
Шаманы
Главными целителями у южносибирских народов считались шаманы. У всех южносибирских народов была известна так называемая шаманская болезнь, которую, согласно традиционным верованиям, вызывали у человека духи, заставляя его стать шаманом. Приступы шаманской болезни повторялись периодически, например, в новолунье, иногда в течение нескольких лет. «Дух давит», – говорили по этому поводу алтайцы.
Излечить эту болезнь могли только шаманы, передав избраннику духов секреты шаманского мастерства. Симптомы шаманской болезни у бурят подробно описаны этнографом и фольклористом М.Н. Хангаловым: «Будущий шаман делается вялым, мало работает, любит одиночество, обнаруживает наклонность шаманить, наконец, делается вдохновенным, видящим добрых и злых духов, имеет сновидения чаще прежнего, иногда вдруг шаманит и падает в обморок на довольно продолжительное время. С этого времени у него наступает другой период жизни: он делается непостоянным, рассеянным, ничего не делает, ходит в раздумье и наконец делается дулашным, то есть беснующимся. Иногда дулашный уходит в лес, там разводит огонь, начинает шаманить, скакать, кривляться, кружиться и кричать страшным голосом, который раздается далеко по окрестности до ближних улусов, где его страшный голос наводит панический ужас. Наконец, у него появляется кровавая пена изо рта, черты лица перекашиваются, в это время на него и жалко, и страшно смотреть… Он кричит до того, что падает без чувств на довольно продолжительное время» (Хангалов 2021: 147).
Естествоиспытатель и путешественник П.С. Паллас отметил у хакасов-качинцев бытование специфических нервных расстройств, напоминающих шаманскую болезнь: «У качинцев проявился на девок некоторый род бешенства, которое нападает обыкновенно, как начнут появляться месячные, и продолжается несколько лет сряду. Они во время припадку выбегают из юрт, кричат, становятся неприличным образом, рвут у себя волосы и хотят повеситься или иначе как-нибудь убиться. Самые припадки продолжаются несколько часов и приходят без всякого порядку, иногда понедельно, иногда целый месяц нет» (Паллас 1788: 565).
Лечебной практикой, помимо шаманов, занимались костоправы и травники, считавшиеся целителями высшей категории. У сибирских татар специалисты народной медицины назывались табибами. В Забайкалье в конце XIX в. медицинской практикой занимались более 50 ученых лам, не считая костоправов и «малоученых лам» (см.: Кирилов 1893).
Обычно при возможности выбора между помощью врача и шамана последнему отдавалось предпочтение. Врач Н.В. Кирилов, исследовавший народную медицину Забайкалья, так рассказывает о своем невольном соперничестве с бурятским шаманом: «В 1885 г. мне случилось быть призванным в Забайкалье к одной девушке, заболевшей тяжелой формой расстройства месячных; я порекомендовал ей немедленно теплую ванну, дать внутрь бывший со мной гашиш; но едва я отпустил эти «зеленые» капли, как меня отозвали в другую хату и, видимо, искусственно стали задерживать в ней беседой, сказав, что больная (к которой я желал возвратиться) успокоилась, заснула; лишь через два часа открылось, что вслед за мной в селение прибыл шаман, славившийся своими медицинскими познаниями и пользовавшийся широкой практикой среди бурят и крестьян. Осмотрев больную, он сказал, что «зеленых» капель давать не следовало, так как в них есть «воздух», а болезнь девушки происходит от червяка, залезшего в печень, которого он сейчас извлечет, если ему будет предоставлен полуторалетний баран, белый с черной головой. Когда такое животное было предоставлено шаману, он сам его зарезал, согласно ритуалу, теплые внутренности, содержавшие печень, кишечник, положил на живот девушки, а затем обернул ее теплой шкурой убитого барана; после этого он стал сосать правую грудь девушки и минуты через две показал на руке червяка, будто бы высосанного через сосок, а больная действительно уснула поправившейся с хорошим самочувствием. Этот блестящий результат шаманского сеанса сделался поворотным моментом в моей работе по исследованию народной медицины. Я не жалел средств на то, чтобы знакомиться со знахарями, ламами, добиться их доверия и приобрести народные медицинские средства» (Кирилов 1912: 56–75).
Лечебное питание
Сохранение здоровья связывалось в значительной степени с рациональным питанием. Основу питания составляли мясные и молочные продукты. Многие блюда из этих продуктов считались целебными: предупреждающими болезнь или избавляющими от нее. К целительным блюдам относился свежий бульон. Считалось, что он сохраняет и восстанавливает силы организма. Его рекомендовали пить при головных болях, общей слабости. У бурят, согласно традиции, женщину после родов угощали бульоном и специальным молочным напитком.
Целебным считалось и лошадиное мясо. Существовали представления о том, что оно сохраняет тепло в организме человека, поэтому конину ели преимущественно зимой. У бурят считалось, что употребление в пищу костей животных (прежде всего барана) способствует укреплению организма. Поэтому супы варились обычно из мяса и костей.
Чрезвычайно полезным для восстановления сил после болезни считался у бурят суп хорхог. Его готовили следующим образом. В деревянный котел с подсоленной водой клали нарезанное мясо с костями и кусочки очищенных внутренностей барана. Затем в котел бросали раскаленные камни, и после того как вода закипала, его плотно закрывали крышкой.
Молоко у бурят считалось полезным при заболеваниях горла, простуде, недержании мочи и других болезнях. В качестве целительного средства использовался зеленый чай, который пили с молоком. Буряты верили, что чай разжижает и обновляет кровь, способствует улучшению кровообращения.
Тувинцы при болях в животе поили больного лечебным бульоном, сваренным особым способом: в бараний желудок клали опаленную баранью голову, завязывали его шерстяным шнурком и помещали в пустой котел, под которым разводили огонь. Таким образом, баранья голова варилась в собственном соку. Затем желудок барана разрезали и давали больному сваренное мясо и бульон. Поев этой пищи, больной сразу начинал потеть. Его укладывали в постель, укрывали шубами, и он засыпал, продолжая сильно потеть. Этим крепким (черным) бараньим бульоном больного поили семь дней, в течение которых его не выпускали из помещения на улицу.
Лекарственные средства растительного происхождения
Использование народами Южной Сибири лекарственных растений восходит в глубь веков.
О том, что народы, живущие у озера Байкал, являются великолепными знатоками лекарственных растений, писал в XIII в. знаменитый персидский историк Рашид-эд-Дин. Лечебные травы упоминаются в фольклоре сибирских тюрков и монголов. Так, в эпосе хакасов рассказывается о волнистой «трехсуставной белой траве», которая возвращала жизнь погибшим богатырям.
Существовали определенные ритуалы собирания лекарственных растений. Бурятский этнограф и фольклорист М.Н. Хангалов пишет об этом следующее: «По мнению бурят, когда берешь лекарственную траву, необходимо дать клятву, что будешь жить с помощью этой травы и что кроме нее тебе не нужно ни хозяйства, ни жены, ни детей…, узнающий о целебном свойстве травы должен иметь на то наследственное право…, иначе он скоро умрет. По мнению бурят, тот, кто знает какую-нибудь лекарственную траву, должен показать ее перед своею смертью другому человеку, но под условием той клятвы, если найдется к тому охотник. Без клятвы же передавать это знание по обычаю нельзя» (Хангалов 2021: 80).
Хакасы выкапывали целебные коренья обязательно утром, подойдя к растению с восточной стороны. Полагалось вместо выкопанного корня положить в землю белую шерстинку или серебряную монету и произнести благодарение: «Мы тебя почитаем. Дай нам исцеление! Дай нам здоровья!» (Бутанаев 1986: 96).
Бадан. Траву бадан хакасы пили вместо чая. Настой кореньев принимали при поносе и лихорадке.
Борщевик. Отваром из сухого борщевика хакасы лечили коклюш. У шорцев трава использовалась при шаманских обрядах.
Лекарственные средства животного происхождения
Большинство южносибирских народов – исконные скотоводы, у которых издревле развита традиция использования в народной медицине различных средств животного происхождения. Эта традиция в значительной степени была обогащена влиянием тибетской медицины, в которой применение животного сырья в целебных целях занимает одно из центральных мест. Продукты животного происхождения входили почти во все лекарственные препараты тибетской медицины и, согласно классификации тибетской фармакологии, подразделялись на 13 видов: рога, кости, мясо, кровь, желчь, жиры, мозги, кожа, когти и копыта, волосы, моча, кал. Использовались для лечения и целые органы.
Мясо и кровь животных широко употреблялись в качестве лечебных средств всеми народами Южной Сибири. Один из петербургских журналов середины XIX века о народной медицине бурятов сообщает следующее: «Из наружных средств парное мясо и потроха только что зарезанного животного играют во многих случаях важную роль и почти всегда успешно… Иногда кладут больного внутрь только что убитого быка или коровы» (Щукин 1849).
Эффективным средством для борьбы с простудными заболеваниями у бурят считался тарбаганий жир. Он употреблялся как наружно, так и внутрь.
Миссионеры обратили внимание на то, что многие болезни (глазные, ушные, сухотку, молочницу, ревматизм и пр.) алтайцы лечили свежей кровью или горячими внутренностями животных. Так, В.И. Вербицкий отметил, что при водянке алтайцы пили кровь небольшого зверька «ялман», при грыже и чахоточном кашле пили свежую кровь куропатки. Молочницу лечили, вкладывая в рот больного ребенка сердце только что убитой овцы. Раны мазали кровью птицы тело (разновидность беркута? – Е.Б.). Перья этой птицы также считались целебными. Вербицкий указывает, что этими перьями как лекарственными средствами торговали в Китае.
К нарывам, занозам, мозолям и порезам алтайцы прикладывали сало годовалого зайца или костный мозг козла, сердце только что убитой скотины или кусок заячьей шкурки. К нарывам прикладывали также размоченную или свежую змеиную кожу. Змеиной кровью и лошадиным потом смазывали бородавки. Ожоги алтайцы мазали медом или нетопленым коровьим салом.
Хакасы мясом и жиром собаки лечились при туберкулезе. Средством от этого заболевания считалось также сало барсуков и сусликов, которое употребляли также при болезни печени. Медвежьим салом смазывали чирьи, жиром змеи – больные глаза. Таким же образом использовались расплавленные глаза ворона. Свежим мозгом сороки мазали лишаи. Нагретую волчью кожу прикладывали к местам, пораженным чесоткой. Для лечения перхоти хакасы надевали на голову часть желудка забитой лошади. При переломах хакасы давали есть пострадавшему жилы животных.
Сибирские татары накладывали на нарывы шкурку змеи или свежую заячью шкурку мездровой стороной к ране.
Животные жиры являлись основой различных мазей, применяемых для лечения кожных заболеваний (парши, чесотки и пр.). Коровьим маслом и сметаной смазывали чирьи сибирские татары.
Медвежья желчь у сибирских народов считалась универсальным целебным средством. «Если же кто занеможет или себя повредит, то, кроме суеверных врачеваний, служит им общим как внутренним, так и внешним лекарством медвежья желчь», – писал о татарах, живущих по реке Чулыму, известный путешественник, врач, этнограф, ботаник И.Г. Георги – автор известного труда «Описание всех обитающих в Российском государстве народов» (см.: Георги 1799).
Медвежью желчь пили при желудочных заболеваниях, оспе, туберкулезе (хакасы, тувинцы-тоджинцы), болезнях печени, почек, молочнице (телеуты, шорцы).
В качестве лекарств часто использовались молочные продукты. При простудных заболеваниях буряты пили молоко, вскипяченное с внутренним бараньим жиром. Кумысом хакасы лечились от чахотки, а сывороткой после перегонки араки мылись при тифе.
Минеральные и другие средства
Хакасы большие раны зашивали волосами больного и присыпали пеплом из его же жженых волос. Такой пепел служил кровоостанавливающим средством. В качестве такого средства сибирские татары использовали порошок, образующийся при гниении дерева. Таким порошком было принято присыпать ранку на теле мальчика после проведения ритуального обрезания.
Из животного сырья изготовляли порошки. Так, сибирские татары изготовляли порошок из высушенной змеиной шкурки. Таким порошком присыпали нарывы. Алтайцы делали порошок из пережженной нежирной говядины. Его принимали при расстройстве кишечника. Порошком желтой раковины каури или пеплом от шерстяного ковра хакасы присыпали язык при молочнице.
Хакасы использовали следующие рецепты для изготовления мазей: смешивали горючую серу со сметаной; растопленное сало тарбагана – с солью и сажей; смесь пороха, куриного помета и дегтя кипятили в масле. Таким же образом кипятили смесь пороха и сажи. Алтайцы для лечения парши изготовляли мазь из суркового сала, соли и сажи.
Для лечения собачьего укуса брали наперсток и, держа его тремя пальцами, прикладывали к ране, говоря: «О собака, возьми свою пакость, отвлеки свое злодеяние, да не ноет сие место и да не болит никак» (Катанов 1899: 394–396).
Алтайцы к порезам прикладывали пепел от сожженного гнезда ремеза и мазали эти порезы содержимым яйца ремеза.
Физические методы лечения
В Южной Сибири большое количество целебных источников. Коренные обитатели этих мест издавна использовали их в лечебных целях. Источники часто являлись объектами поклонения и были овеяны легендами и поверьями. Так, у бурят бытовала легенда, что Эмарские минеральные воды в Забайкалье были открыты оленем, за которым гнались охотники. Изможденный погоней олень бросился в воду, и к нему вновь вернулись силы. Охотники попили этой живительной воды и также избавились от усталости.
Естествоиспытатель П.С. Паллас, путешествовавший по Сибири в середине XVIII в., писал об использовании минеральных источников в Бурятии следующее: «По реке Погромной находится один минеральный ключ, из коего в безмерном количестве пьют воду от головной болезни. Она производит рвоту, и буряты по совету их ламов пьют ее во всяком расслаблении и внутренних припадках с хорошим успехом; но русские, употребляя ее также в тяжелых болезнях с неосторожностью и без меры, имели оттого смертельные следствия» (Паллас 1788: 607). «В продолжительных болезнях пользуются они обыкновенно теплыми водами в восточной стороне Байкала», – писал о бурятах современник Палласа И.Г. Георги (Георги 1799: 36).
Массаж. Массажем занимались преимущественно костоправы. Массаж производили ослабленным после тяжелой болезни людям для укрепления их мышц. Массажем лечили растяжения жил и конечностей. Производился массаж с использованием топленого конского или гусиного сала, внутреннего животного жира и пр. Сибирские татары практиковали даже массаж сердца. Он заключался в легких ритмичных ударах ладонями по спине и груди больного в течение 10–15 минут.
Хакасы делали массаж при опущении печени, вправляя ее на место.
Описания народной медицины бурят, относящиеся к середине XIX века, замечательно характеризуют бурятских костоправов. В одной из таких работ рассказывается следующее: «Еще в 1814 году между бурят, обитающих в верховьях реки Лены, жила… славная лекарка и знаменитая костоправка. Русские и буряты осаждали ее с утра до ночи. Об искусстве ее рассказывают чудеса… Вот два образчика этого искусства, совершенные над одним и тем же лицом. Крестьянин объезжал верховую лошадь… Падение было несчастное: крестьянин переломил руку; кости прорвали кожу и страшно торчали кровaвыми концами. Пока больного принесли домой, пока сыскали бурятку-костоправку, прошло более половины дня, и рука страшно распухла. Лекарка велела заколоть барана, обложила парным мясом опухоль, и через полчаса она пропала. Тогда искусно сложила она переломленную руку, обвязала дощечками и уехала домой. Через неделю она посетила больного, осмотрела руку и сделала новую перевязку. Через четыре недели рука срослась, и больной мог уже действовать ею. На коже остались только знаки. В другой раз тот же крестьянин на всем скаку тройки выскочил из повозки и вывихнул ногу в ступне. К счастью, это случилось близ юрт бурятки-костоправки. Сделалась страшная опухоль, но ни один из близ живущих бурят не согласился продать барана. За невозможностью достать мясную ванну бурятка сделала припарку из трав, обложила больное место, и опухоль пропала. Потом она вправила кость в свое место и не велела приступать на ногу трое суток. На четвертые все в ступне обстояло уже благополучно» (Щукин 1849: 419–420).
Тепловые процедуры и припарки. Прогреванием повсеместно лечили простудные заболевания. Хакасы при простуде растирали больным грудь и подошвы ног растопленной смесью козьего жира и курдючного сала овцы, после чего заворачивали больного в шубу. Делали ингаляцию. Для этого в деревянное ведро бросали раскаленные камни и вдыхали горячий пар.
Для лечения «наружных болезней» припарки у бурят занимали по популярности второе место после средств животного происхождения. В сочетании с другими целительными мерами они считались эффективным средством для лечения сосудистых заболеваний конечностей и пр. В одном из описаний бурятской медицины середины прошлого века приводится следующий случай: «В 1821 году один миссионер, возвращаясь из Пекина, простудил ноги до такой степени, что более года лежал без движения. Пособия медиков не произвели в болезни ни малейшей перемены. Больному стали рекомендовать одного бурята, известного лекаря… Эскулап был призван, осмотрел больного, ощупал у него ногу и объявил, что болезнь происходит от «куйнов», под этим он разумел «твердые катышки», рассеянные в обеих ногах у больного. Врачевание состояло в том, что он взял тупую палочку и, ставя ее одним концом на затвердение, а по другому легонько колотя молоточком, обошел таким образом кругом обе ноги по нескольку раз, а затем обложил их припаркою из трав и, отправляясь домой, велел переменить припарку через час, как скоро простынет. Спустя две недели больной стал ходить по комнате с костылем, а через две недели отправился в дорогу» (Щукин 1849: 416).
Хакасы при ревматизме «парились пихтой», растирались распаренными стеблями крапивы.
Алтайцы к ране от укуса змеи прикладывали печеную горячую рыбу. При ломоте костей делали припарки из разваренного в воде гнезда и помета выхухоля.
Припарками из травы василисника алтайцы лечили опухоли.
При растяжениях и вывихах на больное место клали овечью шерсть, продержанную в горячей подсоленной воде. К шерсти иногда добавляли яичный желток, а при опухолях – соль и деготь (заболотные татары).
Обливания. Обливанием холодной водой хакасы лечили многие заболевания: малярию, лихорадку и др. Для лечения женщин от лихорадки их обливали водой из семи ведер, а мужчин – из девяти. При этом в каждое ведро клали по семь черных камней. Старались брызгать холодной водой в область сердца или же окатывали больного прямо из ведер, обмахивая его пучком желтой конопли.
Заключение
Представленные материалы демонстрируют богатство и разнообразие традиционной медицины народов Южной Сибири, сформировавшейся на протяжении столетий как сложная система знаний и практик. Народная медицина алтайцев, хакасов, тувинцев, бурят, сибирских татар и других народов региона представляет собой целостную систему, в которой тесно переплетены рациональные эмпирические знания о целебных свойствах растений, животного сырья и физических методов лечения с магико-религиозными представлениями и ритуальными практиками.
Анализ источников XVIII–XX веков показывает устойчивость и преемственность целительских традиций в регионе. Шаманы, костоправы, травники и ламы выполняли функции главных носителей медицинских знаний, передававшихся из поколения в поколение. Феномен «шаманской болезни», описанный М.Н. Хангаловым и другими исследователями, свидетельствует о специфическом механизме инициации целителей, характерном для традиционных обществ Сибири.
Особого внимания заслуживает рациональная составляющая народной медицины южносибирских народов. Использование лечебного питания, основанного на мясных и молочных продуктах, отражает адаптацию к условиям жизни скотоводческих народов и демонстрирует понимание роли рационального питания в поддержании здоровья. Применение минеральных источников, массажа, припарок и других физических методов лечения свидетельствует о наблюдательности и практическом опыте народных целителей.
Значительное влияние на народную медицину южных регионов Сибири оказали философско-религиозные доктрины буддизма и ислама. Тибетская медицина существенно обогатила местные традиции, особенно в области использования средств животного происхождения и классификации лекарственных препаратов. Деятельность лам-целителей в бурятских дацанах способствовала распространению и адаптации тибетских медицинских знаний к местным условиям и народным рецептам.
Фитотерапия южносибирских народов основывалась на глубоком знании местной флоры и включала использование около 150 видов растений (у хакасов), применявшихся в виде настоев, отваров, мазей и припарок. Ритуалы сбора лекарственных трав, описанные М.Н. Хангаловым, отражают сакрализацию целебных растений и представления о необходимости особого, почтительного обращения с ними.
Собранные материалы представляют значительный интерес не только для истории медицины и медицинской антропологии, но и для современной этномедицины. Многие рациональные элементы народной медицины южносибирских народов – использование целебных свойств минеральных источников, массажные техники костоправов, применение лекарственных растений – заслуживают дальнейшего изучения и научной верификации. Опыт традиционных целителей, зафиксированный в работах исследователей XVIII–XX веков и полевых материалах автора, составляет важную часть культурного наследия народов Южной Сибири и требует дальнейшего систематического исследования и документирования.
Источники
АМАЭ, ф.3, оп.1, № 122
Библиография
Бутанаев В.Я. (1986) Хакасская народная медицина, Генезис и эволюция этнических культур Сибири. Сборник научных трудов. Отв. редакторы: И.Н. Гемуев, А.М. Сагалаев. Новосибирск. С. 94–113.
Георги И.Г. (1799) Описание всех обитающих в Российском государстве народов. Их житейских обычаев, обыкновений, одежд, жилищ, упражнений, забав, вероисповеданий и других достопамятностей. В 4 ч. СПб.
Катанов Н.Ф. (1899) Народные способы лечения у сагайцев (Минусинского уезда Енисейской губ.), Деятель. № 10. С. 394–396.
Кирилов Н.В. (1893) Интерес изучения народной и тибетской медицины в Забайкалье, Этнографическое обозрение. № 4. С. 85–119.
Кирилов Н.В. (1912) О тибетской медицине бурятских лам. Иркутск. С. 56–75.
Паллас П.С. (1788) Путешествие по разным провинциям Российской империи. СПб.
Хангалов М.Н. (2021) Собрание сочинений: в 3 томах. Т. 2. Улан-Удэ.
Хангалов М.Н. (2021) Собрание сочинений: в 3 томах. Т. 3. Улан-Удэ.
Щукин Н.С. (1849) О скотоводстве в Восточной Сибири, ЖМВД, ч. 27, с. 416 – 420.
References
Butanaev V.Ya. (1986) Khakasskaya narodnaya meditsina [Khakass folk medicine], Genezis i evolyutsiya etnicheskikh kul’tur Sibiri [Genesis and evolution of ethnic cultures of Siberia]. Sbornik nauchnykh trudov. Otv. redaktory: I.N. Gemuev, A.M. Sagalaev. Novosibirsk. P. 94–113.
Georgi I.G. (1799) Opisanie vsekh obitayushchikh v Rossiyskom gosudarstve narodov. Ikh zhiteyskikh obychaev, obyknoveniy, odezhd, zhilishch, uprazhneniy, zabav, veroispovedaniy i drugikh dostopamyatnostey [Description of all peoples inhabiting the Russian state. Their daily customs, habits, clothing, dwellings, occupations, entertainments, faiths, and other noteworthy matters]. SPb.
Katanov N.F. (1899) Narodnye sposoby lecheniya u sagaytsev (Minusinskogo uezda Eniseyskoy gub.) [Folk methods of treatment among the Sagays (Minusinsk district of Yenisei province)], Deyatel’. № 10. P. 394–396.
Kirilov N.V. (1893) Interes izucheniya narodnoy i tibetskoy meditsiny v Zabaykal’e [The interest of studying folk and Tibetan medicine in Transbaikalia], Etnograficheskoe obozrenie [Ethnographic Review]. № 4. P. 85–119.
Kirilov N.V. (1912) O tibetskoy meditsine buryatskikh lam [On the Tibetan medicine of Buryat lamas]. Irkutsk. P. 56–75.
Pallas P.S. (1788) Puteshestvie po raznym provintsiyam Rossiyskoy imperii [Travels through various provinces of the Russian Empire]. SPb.
Khangalov M.N. (2021) Sobranie sochineniy [Collected works]. T. 2. Ulan-Ude.
Khangalov M.N. (2021) Sobranie sochineniy [Collected works]. T. 3. Ulan-Ude.
Shchukin N.S. (1849) O skotovodstve v Vostochnoy Sibiri [On cattle breeding in Eastern Siberia], ZhMVD. P. 416–420.