© 2025 Елена Вячеславовна МИСЬКОВА
МАиБ 2025 – № 1(29)
DOI: https://doi.org/10.33876/2224-9680/2025-6-28/04
Ссылка при цитировании: Миськова Е.В. (2025) Медицинская антропология как прививка критического мышления о множественных контекстах здоровья, болезни и лечебных практик, Медицинская антропология и биоэтика, 1(29).
Миськова Елена Вячеславовна –
кандидат исторических наук,
магистр психологии;
.
с.н.с. ИЭА РАН (Москва, Россия).
.
https://orcid.org/0000-0002-4851-2625
E—mail: milenk2@gmail.com
Ключевые слова: медицинская антропология, междисциплинарность, социокультурные факторы, биоэтика, медикализация
Аннотация. Рассмотрено учебное пособие «Медицинская антропология» под редакцией М.А. Корецкой, которое предлагает комплексный взгляд на медицинскую антропологию как самостоятельную гуманитарную дисциплину, выходящую за пределы прикладного статуса. В пособии освещается широкий спектр тем: от истории дисциплины и методологии до анализа биовласти, феномена медикализации, гендерных аспектов, моделей отношения врача и пациента, современных вызовов медицины и биоэтики. Особое внимание уделяется социокультурным и биокультурным контекстам здоровья и болезни, а также влиянию новых технологий, цифровизации и этических вопросов. Пособие предназначено главным образом для студентов клинической психологии, однако требует междисциплинарной подготовки в области философии, социологии и культурологии. Среди достоинств выделяются системный исторический и методологический анализ, практико-ориентированные задания и охват современной проблематики. В то же время рецензия указывает на ограниченность пособия в глубине теоретического анализа, недостаточную представленность российской школы и нехватку эмпирических клинических кейсов, что снижает его практическую значимость для будущих врачей в условиях российского образования. Тем не менее, пособие становится важным шагом к институциализации медицинской антропологии и интеграции гуманитарного подхода в медицинскую практику.
Рецензия на: Медицинская антропология: учебное пособие для студентов медицинских вузов / Под ред. М. А. Корецкой; ФГБОУ ВО СамГМУ Минздрава России. М.: IPR Media, 2024. 131 с.
* * *
«Медицинская антропология. Учебное пособие для медицинских ВУЗов» подготовлено кафедрой философии и культурологии Самарского государственного медицинского университета. Медицинская антропология в данном случае представлена как область социального знания и исследований, и внимание студентов фокусируется, в первую очередь, на её роли как инструмента социальной критики, направленной на рефлексию работы институтов, претендующих на универсальное определение того, что такое здоровье, болезнь, кем, при каких условиях и как болезнь должна излечиваться.
Учебное пособие формулирует суть медицинской антропологии как междисциплинарного знания из ряда «гуманитарных дисциплин, посвященных исследованию различных аспектов человеческого существования… охватывающее исследование проблем здоровья и здоровьесбережения в широком социокультурном и биокультурном контекстах, разнообразные исторические и культурные формы человеческого опыта» (Корецкая 2024: 5).
В предисловии обосновывается переход дисциплины из утилитарной прикладной в самостоятельную науку: «Сначала ради решения прикладных задач описывались проблемы… Затем сама система биомедицинского знания и практик стала рассматриваться как предмет антропологических штудий… и медицинская антропология… стала превращаться из прикладной дисциплины в самостоятельную науку» (Корецкая 2024: 6).
За рамками учебника остается рассмотрение медицинской антропологии как раздела физической антропологии.
Пособие служит введением в медицинскую антропологию. С этим связан широкий круг поставленных задач, которые в тексте, в основном, успешно решаются: ознакомить студентов с историей и методологией дисциплины; раскрыть проблематику биовласти и медикализации; сформировать представление о болезни и здоровье не как о сугубо биологических, но и социокультурных феноменах; проанализировать ключевые концепты…; помочь студентам-медикам выработать навык экспликации социокультурных факторов… и научить применять антропологические подходы в клинической практике.
Во Введении и первой главе учебного пособия есть краткий обзор истории дисциплины, в котором отсчет ее ведется с середины XX века, когда в американской культурной антропологии появилось прикладное направление, объединяющее медицину и социогуманитарные исследования. Для студентов это, в целом, верное указание и, возможно, достаточное, но можно было бы дополнительно акцентировать различие между прикладной антропологией в целом и её медицинским направлением. Большее число медико-антропологических исследований начало реализовываться в рамках так называемых Проектов развития для стран третьего мира, которые были инициированы действительно в конце 40-х-начале 50-х годов 20 века, но еще до этого в американской антропологии в рамках прикладных направлений психологической антропологии исследовались психосоциальные аспекты здоровья и болезни в разных культурных контекстах. И, конечно, важно учитывать разные особенности национальных антропологических школ и традиций, в которых прикладные медицинские исследования по-разному могут концептуализироваться. Например, в Великобритании больше всего были развиты организационные и политико-антропологические исследования, но в рамках последних сформировался критический взгляд на медицину, который сформировал одно из ключевых глобальных направлений медицинской антропологии. Во Франции же это направление было тесно связано с изучением психического здоровья.
Обзор истории дисциплины в России достаточно краток, а истоки ее возводятся к опубликованной в 1992 году в Киеве монографии Б. А. Никитюка и В. Г. Ковешникова «Медицинская антропология».
Вторая глава посвящена обзору проблемного поля медицинской антропологии. Из нее студенты узнают о болезни/здоровье как биологических и социокультурных феноменах. Тело они смогут рассматривать в разных его концептуализациях – как культурный проект, «органическое», «бионическое» и «виртуальное» тело, а также узнают о важности различения «тела» и «телесности» («тело – физический объект; телесность (‘embodiment’) – совокупность живых переживаний тела, выходящая за пределы его анатомии»), о концепции множественного тела – когда «медицинские практики создают разные версии одного и того же тела: лабораторное, диагностическое, терапевтическое… тело множественно в своей конструкции»; а также о воздействии цифровизации и других технологий на представления о теле и манипуляции с ним: «цифровая среда порождает виртуального пациента… а бионические импланты размывают границы между естественным и искусственным телом».
В разделе, посвященном гендерным аспектам медицины важный акцент сделан на том, как модель «универсального» мужского тела до недавнего времени предопределяла результаты медицинских исследований без учета специфики женского организма, и соответственно снижало эффективность медицинских технологий. Гендерные нормы социализации и связанные с ними модели поведения при обращении за помощью перекидывают мостик к обширной теме субъектности пациента и эволюция моделей взаимоотношений врача и пациента.
Эта проблематика – одна из ключевых в медицинской антропологии, поскольку непосредственно касается клинической практики. В пособии перечисляются разные модели взаимоотношений и делается, по-видимому, выбор в пользу «коллегиальной модели», истоки которой авторы пособия находят в размышлениях Льва Выготского о важности видения в пациенте личности, а не только патологии. Уделяется внимание и роли различных нарративов в коммуникации, взаимодействию личного опыта и клинического профессионализма.
Анализу медицины как практики посвящены разделы, связанные с медико-антропологическим статусом психических заболеваний, где описываются разные парадигмы заболевания и лечения – позитивистская, феноменологическая, биопсихосоциальная, кросс-культурная психиатрия. Упомянуты и проблемы избыточной диагностики и коммерциализации, связанные с «медиа-распространением» таких терминов как «депрессия» и «тревога».
Обзор альтернативной медицины базируется, в основном на изысканиях социальной и философской критики, в первую очередь, Мишеля Фуко. Об этом говорит использование словосочетания «альтернативная медицина» в единственном числе, что выдает в авторах пособия скорее философов, чем этнографов, для которых использование этого термина в единственном числе существенно ограничивает тот самый контекст, на который указывается в пособии: «совокупность методов лечения, не признанных биомедициной, существующих параллельно и часто контекстуализированных культурно» (Корецкая 2024:101). Впрочем, об этномедицине и комплементарных медицинских системах в пособии речь идет.
Весьма удачен в пособии раздел, посвященный современным тенденциям в медицине и их гуманитарной экспертизе, а также преимуществе биоэтики над этикой сугубо медицинской, поскольку первая, как следует из пособия, объединяет науки и гуманитарные дисциплины для оценки новых технологий и защиты человеческих ценностей. Проблемы технологий, трансгуманизма, «дизайнерских младенцев», угрозы социального неравенства по генетическим критериям поднимаются как актуальные вызовы разным медицинским системам, требующим дополнительных исследований, в том числе, антропологических, и междисциплинарного диалога.
Каждая подтема включает контрольные вопросы, тесты и рекомендуемую литературу.
К ключевым достоинствам учебного пособия стоит отнести системный обзор истории и методологии медицинской антропологии; всесторонний анализ социокультурных аспектов здоровья и болезни; практически ориентированные задания для формирования культурных компетенций будущих специалистов; актуальный охват современных вызовов, включая последствия пандемии COVID-19.
Пособие несомненно способствует формированию у будущих медиков навыков понимания культурных и социальных измерений медицины, но есть и ограничения в решении этой задачи, которые также важно отметить.
В целом, пособие позволяет студентам соприкоснуться с основной проблематикой медицинской антропологии в формате эссе по разным темам или обзора. Как в случае со всеми такими учебниками, исключая медицинскую антропологию как раздел физической антропологии, при таком формате нет возможности дать достаточную теоретическую глубину и проработку разных тем. Причина, впрочем, не только в том, что авторы выбрали такую форму подачи, но и в том, что медицинская антропология остается недостаточно признанной медико-гуманитарной дисциплиной в российском образовании. В таком случае все появляющиеся пособия вынуждены только относительно поверхностно излагать сложные теоретические вопросы, по-прежнему, полагаясь преимущественно на зарубежные исследования и источники. У российской медицинской антропологии за почти 30 лет ее развития, начиная с конца 90-х гг. 20 в. уже сложилась своя история, но, поскольку она до сих пор мало описывается и обсуждается, данное учебное пособие, как и все ему предшествующие, анализа и ссылок на эту историю избегают. Соответственно, феноменология дисциплины в российских реалиях остается за рамками обзора, что снижает практическую значимость пособия для будущих врачей, которым предстоит работать именно в этих условиях.
Учебное пособие предназначено для студентов по специальности «Клиническая психология», однако междисциплинарный характер медицинской антропологии требует серьезной подготовки в области философии, социологии, культурологии и этнографии. Это задает слишком высокую планку для студентов. В пособии после каждого теоретического раздела даны контрольные вопросы и тестовые задания, что способствует самопроверке и закреплению материала, но новизна и большей частью оторванность материала от знакомого социального контекста не позволяет этим тестам стать аналогом практических занятий.
В итоге одна из ключевых задач – снабдить будущих медиков практическими знаниями по медицинской антропологии, которые помогли бы им иметь дело с людьми, которые придерживаются разных взглядов на здоровье и болезнь, не решается. Сами практические инструменты не описаны как часть клинических кейсов.
Содержательно не хватает в пособии анализа разных медицинских систем в рамках биомедицины или хотя бы достаточного акцента на том, что на практике студенты столкнутся не только и даже не столько с различиями между конвенциональной и «альтернативной» медициной, а с огромным многообразием диагностических критериев, этиологий, которые уходят корнями в традиции и организацию разных медицинских институтов и находят отражение в конфликтах интерпретаций болезней и методов их излечения в разных диагностических мануалах и клинических рекомендациях. В некоторых разделах медицины, например психиатрии, уровень взаимопонимания между специалистами… не превышает, как показывают критические исследования, степени согласия между обычными людьми, неспециалистами. Как это учитывать, как замечать контекст этих различий, как отделять их, чтобы видеть пациента как человека, нуждающегося в помощи, а не ходячую диагностическую категорию? Ответов на эти вопросы в пособии немного, а между тем риски неотрефлексированной медикализации сегодня очень высоки в медицинской практике.
Институциональные проблемы, которые не зависят от авторов пособия, тем не менее, могут сказываться на его образовательной ценности. В РФ до сих пор не решен вопрос подготовки специалистов вспомогательных медицинских профессий (на базе медицинской антропологии и биоэтики), что приводит к нехватке квалифицированных преподавателей медицинской антропологии, которые могли бы использовать учебное пособие в полной мере.
Несмотря на критические замечания, учебное пособие СамГМУ представляет собой важный шаг в развитии отечественной учебной литературы по медицинской антропологии. Критику же пособия стоит рассматривать в контексте общих проблем дисциплины в России: необходимости усиления теоретической базы с привлечением российских исследователей и материалов; развитие практических компонентов с включением клинических случаев и полевых исследований; улучшение педагогической методики с учетом специфики медицинского образования; создание системы подготовки преподавателей медицинской антропологии; интеграцию с другими медицинскими дисциплинами для формирования целостного подхода к пациенту.
Учебное пособие подчеркивает междисциплинарность медицинской антропологии, её роль в преодолении ограничений биомедицины через интеграцию культурных, социальных и этических аспектов. Этот акцент на формировании у будущих врачей навыков межкультурного взаимодействия, критического мышления и гуманистического подхода к пациенту, позволяет надеяться и на вклад пособия в решение указанных выше системных проблем по внедрению медицинской антропологии в профессиональную практику.
Библиография
Булдакова Ю.Р. (2019). Медицинская антропология в жанре учебного пособия. Медицинская антропология и биоэтика, 17(1).
Корецкая М.А. (2024) Медицинская антропология: учебное пособие для студентов медицинских вузов. Москва: IPR Media.
Михель Д.В. (2015) Медицинская антропология: исследуя опыт болезни и системы врачевания, Саратов: Издательство Саратовского государственного технического университета.
Михель Д.В. (2018). Медицинская антропология: кому и что преподавать? Медицинская антропология и биоэтика, 16(2).
Пейер Л. (2012) Медицина и культура. Как лечат в США, Англии, Западной Германии и Франции. Пер. Гончар А.Б., под ред. Кириленко Е.И., Томск: СибГМУ.
Baer Hans A., Merill Singer, and Ida Susser (2013). Medical Anthropology and the World System. Critical Perspectives. 3rd edition. Praeger.
References
Buldakova Yu.R. (2019). Meditsinskaia antropologiia v zhanre uchebnogo posobiia. Meditsinskaia antropologiia i bioetika, 17(1).
(2024) Meditsinskaia antropologiia: uchebnoe posobie dlia studentov meditsinskikh vuzov. Moskva: IPR Media.
Mikhel’ D.V. (2015) Meditsinskaia antropologiia: issleduia opyt bolezni i sistemy vrachevaniia, Saratov: Izdatel’stvo Saratovskogo gosudarstvennogo tekhnicheskogo universiteta.
Mikhel’ D.V. (2018). Meditsinskaia antropologiia: komu i chto prepodavat’? Meditsinskaia antropologiia i bioetika, 16(2).
Peier L. (2012) Meditsina i kul’tura. Kak lechat v SShA, Anglii, Zapadnoi Germanii i Frantsii. Per. Gonchar A.B., pod red. Kirilenko E.I., Tomsk: SibGMU.
Baer Hans A., Merill Singer, and Ida Susser (2013). Medical Anthropology and the World System. Critical Perspectives. 3rd edition. Praeger.